ЛЕ ФИЛЬМ ДЮ КАРОСС, СЕДИФ ПРОДЮКСЬОН, Тэ-Эф-1, СОСЬЕТЭ ФРАНСЭЗ ДЕ ПРОДЮКСЬОН
КАТРИН ДЕНEВ
ЖЕРАР ДЕПАРДЬЕ
ЖАН ПУАРЭ
В фильме ПОСЛЕДНЕЕ МЕТРО
Авторы сценария: ФРАНСУА ТРЮФФО и СЮЗАННА ШИФМАНН
В фильме также снимались: АНДРЭА ФЕРРЕОЛЬ
ПОЛЕТ ДЮБО ЖАН-ЛУИ РИШАР
САБИНА ОДПЕН МОРИС РИШ
ХАЙНЦ БЕННЕТ и другие
Главный оператор - НЕСТОР АЛЬМЕНДРОС
Композитор -ЖОРЖ ДЕЛЕРЮ
Режиссер - ФРАНСУА ТРЮФФО
Париж, сентябрь 1942-го года.
Вот уже два года немецкая армия оккупирует северную половину Франции.
Условная линия, разделяющая оккупированную зону и свободную,
делит страну почти по горизонтали.
В оккупированной зоне комендантский час опустошает улицы
после одиннадцати вечера, и для парижан очень важно не опоздать на последнее метро.
Голод заставляет парижан простаивать часами, чтобы купить немного пищи.
Холод в квартирах выгоняет их из дома, и каждый вечер они теснятся в кинозалах и театрах.
Залы переполнены, и билеты бронируются задолго до представления.
В театре ''Монмартр'' начинают репетировать новую пьесу, однако директор театра,
Люка Штайнер, внезапно покидает Францию. У него не было выбора.
Извините, мадмуазель, извините. Я вас увидел... Я бы хотел...
Узнать время? Без двадцати семь.
У меня есть часы.
Так вы заблудились? Наверное, вы ищите свою улицу?
Нет, нет, я из этого квартала.
Тогда до свидания, месье.
Нет, подождите,
подождите, нет, я бы не хотел, чтобы вы думали, что я к вам пристаю.
Нет, правда.
Действительно, с какой стати мне так думать.
Нет, просто я был в бистро. Я звонил. Я увидел вас, и, не знаю...
ваши глаза,
выражение лица.
И я сказал себе...
Вы сказали себе?...
Да, сегодня мой удачный день, и вот я здесь, один, и я подумал,
что мы могли бы выпить, поговорить.
Я не хочу пить, и мне не о чем с вами говорить, так что пропустите меня.
Уверяю вас, вы заблуждаетесь на мой счет, вы думаете, что я делаю это каждый день,
нет...
Нет, вы делаете это по нечетным дням.
Мне кажется, вы начинаете меня раздражать.
Хорошо, делаете, что хотите, но почему бы вам всe не объяснить!
Пожалуйста. Вы знаете, что такое ''влечение''? А? Вы должны поверить мне:
я не заговаривал с незнакомой женщиной вот уже
четыре года.
Так что я должна чувствовать себя польщенной?
Мне это уже надоело. Вы хотите публичного скандала?
Подумайте, мне нужно хоть что-то:
имя, адрес, у вас есть телефон? Меня зовут Бернар.
Вам нужен мой телефон?
Да, да, прекрасно, я записываю.
Одеон, 84-ноль-ноль.
Одеон 84-ноль-ноль, Одеон 84... Вы смеетесь надо мной?
Это же телефон службы времени!
Кто этот мальчик?
Этот? Сын консьержки. Да, консьержки театра.
Что сделал тебе этот солдат?
Ничего такого, только погладил по голове.
Идем домой, будем мыть тебе голову. Нет.
Жако, немедленно иди сюда, хватит.
Что такое?
Извините, мадам, что, театр закрыт? У меня назначена встреча.
Месье, вам нужен служебный вход, он за вашей спиной.
Спасибо, извините.
Нет, нет, не надо.
Здравствуйте. Мне назначена встреча.
А, вы Бернар Гранже? Да.
Да, да, конечно, мы вас ждем, я провожу вас к мадам Штайнер, идите за мной.
Хорошо.
Красивый театр.
Да. Отличается от ''Гран Гиньоля'', а?
Да, этот раза в два больше. Я уже был здесь, но как зритель.
Я видел мадам Штайнер в ''Вишневом саду'' Чехова.
Есть новости о Люка Штайнере?
О патроне? Ему здорово повезло.
Однажды за ним пришли около полудня...
Сюда, в театр? Немцы?
Нет, французы. Они были везде, окружили здание.
Но Люка Штайнер еще утром сбежал из Парижа.
Мне говорили, что он уехал в Америку.
Южную, да, в Южную Америку, куда-то туда.
Надеюсь, там он сможет работать.
Вот, администрация здесь.
Здравствуйте, Рэймон.
Здравствуйте, месье Мерлен. Бернар Гранже, месье Мерлен.
Да, да, я вас узнал, здравствуйте.
Мерлен наш администратор. Все денежные вопросы решает он.
Подождите здесь.
Спасибо.
Мадам Штайнер скоро придет.
Хорошо, спасибо.
Послушай, Марьон, ты не хуже меня знаешь,
что справка об арийском происхождении Розена фальшивая,
но поверь мне, никто не будет рассматривать ее под лупой.
У него нет даже профессиональной карточки.
Если он говорит, что потерял ее, то может получить дубликат.
Мне кажется, что, имея связи, можно иметь и то, и другое.
Связи нужно приберечь для более важных вещей.
Но, Марьон, с этими документами Розен тем не менее работает,
он играет в ''Отце Горио'' в Билланкуре. У него никогда не было проблем.
Я очень рада за него, что в Билланкуре такие снисходительнее.
Но мы здесь безоговорочно следуем правилам. Нет профессиональной карточки - нет работы.
И что мне сказать Розену?
Скажи ему правду: что Марьон Штайнер не берет евреев в свой театр.
Розен, пройдемте со мной.
Мне не сказали, что вы здесь. Подождите две секунды.
Да.
Я сейчас вернусь и позову Марьон.
Ну что, месье Коттен, вы объяснили мадам Штайнер мое положение?
Извините, Розен, но она не хочет брать в свой театр актера еврея.
Это просто неслыханно!
Я готов услышать такой ответ от кого угодно, но только не в театре Люка Штайнера,
это возмутительно.
Проходите.
Нет, подождите, подождите. Мне надо кое-что понять.
Что?
Нет. Я очень радовался, что буду играть в настоящем театре, в настоящей пьесе,
но оказывается, надо спустить штаны, чтобы доказать, что ты не еврей, нет уж, спасибо.
Нет.
Нет. Нет, нет, нет, спасибо, и я не хочу забирать роль у кого-то...
Нет, нет, нет, вы просто не поняли, актер, которому я только что отказал,
не должен был играть роль учителя,
он должен был играть роль егеря, который появляется на минутку в конце третьего акта.
Нет, потому что я...
Поверьте, Гранже,
я с самого начала хотел, чтобы именно вы были партнером Марьон.
Поверьте, мы даже не уверенны, что сможем поставить эту пьесу.
Текст пока в Цензурном комитете, ответа еще не было.
Вот, Марьон, познакомься, Бернар Гранже.
Здравствуйте. Здравствуйте, мадам.
Я слышала о вас только восторженные отзывы.
Я говорила с людьми, которые специально впервые пошли в театр ''Гиньоль'',
К тому же Жан-Лу редко ошибается.
Когда в ''Гран Гиньоле'' мне передали ваше предложение,
я долго колебался, но мне очень хотелось сыграть в ''Скелете в шкафу''.
К сожалению, я не видела вашу игру, потому что по вечером я занята.
Раньше всем занимался мой муж, и мне было даже приятно,
что я ничего не понимаю в документах, правилах, денежных вопросах...
Мне пришлось наспех войти в курс дела. Итак, поговорим о вашем контракте.
Вы готовы?
Что? Сразу? Сейчас?
Да, прямо сейчас. Скажите, сколько вы зарабатываете в ''Гран-Гиньоле''?
А, вотты-то мне и нужна. Девочка моя, воттекст.
Безобидное чтение. Поразмышляй над ним, дитя мое.
Эй, это платье? Да, да, спасибо.
Очень хорошо, потому что вчера в театральной библиотеке ее не нашли.
Естественно, потому что она не издавалась, ее никогда не печатали.
И я не знаю содержания этой пьесы.
Это норвежская пьеса, которую написала какая-то норвежка.
Карен Бергер, более норвежского имени не придумаешь.
Пьесу откопал Люка, это перевод с норвежского. Норвежского ты не знаешь...
Я тоже.
И даю гарантию, что критики вряд ли будут проверять перевод.
Здравствуйте, Надин.
Здравствуйте, Марьон.
Вы знакомы с Бернаром Гранже?
Что, он здесь?
Он в моем кабинете.
Нет, нет, я с ним не знакома, но это чуть не произошло.
Здравствуйте.
Мы чуть не встретились у нашего общего друга Люсьена.
Да, у Масулье, но я не смог придти.
Но мы еще увидимся, я подписываю контракт. Да.
''Я, нижеподписавшийся, заявляю, что я не еврей и что, насколько мне известно,
ни мои родители, ни их родители не евреи.''
Ну, как?
Всe в порядке.
Вот и отлично. Теперь будем видеться часто. Пока!
Пока!
Ведь ты никогда особенно не хотела быть актрисой?
У меня была профессия, которая мне нравилась.
Это я знаю, и если бы Люка не вытащил тебя из Дома Мод,
ты бы еще куталась в тряпки. Ну же, признайся.
Это правда, но ты не всe знаешь: он мне признался,
что если бы я добровольно не пошла в его театр,
он бы попросил мадмуазель Шанель уволить меня.
Не сомневаюсь, я его знаю, он бы всe для этого сделал!
Мадам Штайнер, я отключаю зал?
Да, да.
Ты уже здесь.
Да, я вас жду, Жан-Лу.
А, ну да.
Черт, Даксья, я совсем забыл, я с ним ужинаю сегодня.
Можешь идти, увидимся позже.
Ладно, до свидания.
До свидания. Не смотри, не смотри. Я забыл тебя предупредить.
Предупредить о чем?
О Даксья. Я согласился с ним поужинать. Он может нам помочь с разрешением цензуры.
Я даже туманно намекнул ему, что и ты будешь.
И зря. И я не понимаю, как ты можешь общаться с таким человеком.
Не всегда есть выбор.
Ты же знаешь, под каким предлогом он запретил ''Британнка''.
Знаю, знаю, он сказал, что это манерный спектакль, знаю, знаю.
Но он нужен нам, чтобы получить разрешение. Так что я прошу тебя поздороваться с ним.
И не только поздороваться, но еще и пожать ему руку.
Прошу тебя.
Я поздороваюсь с ним и пожму ему руку, но что касается ужина - прошу меня извинить!
Я устала, я возвращаюсь в отель.
Рэймон, выключите весь свет.
Хорошо, Эрик. Теперь иди спать.
Эрик на мгновение задерживается перед тем, как выйти из комнаты,
поворачивается к матери: ''Мама, а месье Карл вернется?''
Не знаю, малыш. А ты как думаешь?
Я думаю, что он вернется.
Елена умышленно роняет пяльцы, которые держала в руках.
Шум останавливает Карла, он возвращается и...
Здесь кто-то есть?
Он замечает Елену.
Почему вы прячетесь?
Я не хотела вас видеть.
Покиньте этот дом, вы приносите нам только несчастье.
Хорошо, я уйду, но сначала вы выслушаете меня.
Когда доктор Сандерс прошлой весной нанимал меня, мне было сказано...
Знаешь, я думаю, что лучше поменять порядок слов и сделать акцент на ''прошлой весной''.
Прошлой весной, ладно.
Хорошо, я уйду, но сначала вы выслушаете меня.
Здравствуй, дорогая. Хорошо выглядишь.
Прошлой весной, когда доктор Сандерс нанимал меня...
Пойдем, я тебя познакомлю.
Да, извините.
Наш художник, Арлетта Гийом, она будет делать эскизы декораций и костюмов.
Дорогуша, познакомься, Бернар Гранже, он будет нашим Карлом.
Ты наверняка видела его игру.
Нет, не думаю.
Хотя да, я его уже видела.
Наверняка в ''Гран-Гиньоле''.
Нет, в куда более прозаической роли.
Он играл мужчину на улице.
По этой роли не стоит судить обо мне.
Я не знал своего текста.
А я могла бы поклясться, что вы знаете его наизусть.
Ладно, дети мои, репетиция окончена, но я хочу сказать вам одну вещь.
Итак, я буду заниматься постановкой ''Исчезнувшей''.
Излишне уточнять вам, что я, как и вы, предпочел бы, чтобы вами руководил Люка.
Но, к счастью, перед отъездом он оставил указания, очень важные указания,
как он хотел бы постановить пьесу, и излишне вам говорить,
что я буду максимум руководствоваться этими указаниями
и всегда готов помогать вам в работе.
Ну чтож. Все.
Что ж, если я вам больше не нужна, я побежала.
Да, беги, дорогуша.
До свидания. До свидания.
До свидания, дорогуша.
Этот журналист из газеты ''Я везде'', твой другДаксья, не может попросить,
чтобы оставили сцену с эпилептическим припадком.
Это он добился разрешения на постановку пьесы.
Бернар, не поможете мне надеть браслет, цепочка заблокировала замок.
Вы умеете гадать по руке?
О-ля-ля. Да...
Ну же, что вы там видите?
Так, я вижу...
Да?
Я вижу, что в вас две женщины.
Это совершенная правда!
Об этом тоже, естественно, надо подумать.
Рэймон, иди скорее, мне страшно, я слышу какой-то шум в театре.
Не волнуйся, Жермена, я посмотрю. Здесь кто-то есть?
Кто-то здесь есть?
Что ты здесь делаешь? Мартина, как ты сюда вошла?
Через дверь.
Знаешь, я смотрела репетицию, так здорово!
Я же сказал тебе ждать на улице.
Мартина, ты что, смеешься надо мной?
Успокойся, пожалуйста, смотри, что я тебе принесла. Ты это еще берешь?
У меня с собой не было денег, так что надо заплатить до вечера, иначе я унесу назад.
Сколько?
4.200 франков...
Здесь 7 кило.
Мадам Штайнер еще наверху, я спрошу.
Значит, в ''Гран-Гиньоле'' чуть больше двухсот мест в партере,
около шестидесяти на балконе.
Актеры получаюттам сколько, за половину мест?
Ну, да...
До свидания. До свидания.
До свидания, Марьон. До свидания.
Ну, чуть больше в воскресенье, чуть меньше в будни, но в среднем да, половина зала.
При стоимости билетов от 20-ти до 40-ка франков,
за вечер получается до 6-ти тысяч франков.
Много людей в труппе?
Мадам Штайнер, можно вас на минутку? Извините.
Да.
Ветчина?
Да.
Сколько вас в труппе?
Четверо. Но трое играют не меньше двух ролей.
Итак... 6 тысяч франков выручки, оплата аренды...
Понятно, если бы театр не закрылся, он бы разорился.
Я готова, пошли?
Да. Да.
До свидания.
До свидания, мадам Штайнер.
До свидания.
До свидания, мадам Штайнер.
До свидания, Марьон.
Войдите.
Я принес ветчину, мадам Штайнер, 4 тысячи 200 франков.
4 тысячи 200 франков?
Ну да, здесь 7 кило. Но если вы считаете, что это дорого, я могу еще вернуть.
Нет, нет, я беру.
4 тысячи 200?
Да, да, 4 тысячи 200.
Вот.
Спасибо. Вот виолончель.
И что мне делать с виолончелью?
А вот и наш зверь! Посмотрите на это,
7 килограммов.
Я взял футляр для виолончели, потому что мне трудно представить,
как вы входите в свой отель с ветчиной под мышкой. Я не прав?
Нет, нет, вы правильно сделали, прекрасная идея, Рэймон, спасибо.
Ладно, я пошел, главное не забудьте отключить электричество перед уходом
и плотно закройте ставни, потому что новый комиссар еще тот подонок.
Хорошо, до свидания.
ОТЕЛЬ ''ПОН НEФ''
Марьон!
Месье?
Валентен.
О, Валентен, извините, я так рассеяна, так неловко.
Нет, нет, нет, прошу вас, не извиняйтесь.
Я знаю, что я, как говорят, резко постарел.
Так вот, я оставил для вас у портье рукопись, сценарий.
Уделите время для его прочтения, потом мне скажете.
Не буду вас задерживать. До свидания, Марьон.
До свидания, Валентен.
Здравствуйте, мадам Штайнер.
Здравствуйте, Пьер.
Мне только что передали для вас конверт.
Да, я знаю.
Вот. Это ваши ключи? Да.
Можно вас на минутку?
Дело вот в чем: я продолжаю получать почту на имя месье Штайнера,
вероятно, от людей, которые не знают, что он больше не живет в отеле.
Я не знаю, что делать.
Отсылать ли почту отправителям, сообщая, что он больше здесь не живет,
или передавать ее вам?
Это административная переписка. Я заберу ее.
Хорошо, если будет еще, я вам передам. Да.
Очень хорошо. Спасибо.
Не за что. До свидания, мадам.
Добрый вечер, Ивонна.
Добрый вечер, мадам.
Вы будете ужинать в номере?
Нет, спасибо, я уже поужинала в театре.
Хорошо, до свидания, мадам. До свидания.
Вам перезвонил этот журналист из ''Отблески Парижа''?
Нет, а что?
Так вот, я приходила днем убрать ваш номер, а он уже сидел в коридоре с фотоаппаратом.
Я сказала ему, что вас нет, а он ответил:
''Ничего, мне надо только сфотографировать номер мадам Штайнер''.
Я не помню, что он еще говорил,
что-то насчет репортажа ''Знаменитости в своей домашней обстановке''.
Я его не впустила, сказала, чтобы он позвонил вам в театр. Он не звонил?
Нет.
Я неправильно сделала?
Нет, Ивонна, вы правильно сделали.
Терпеть не могу журналистов.
До свидания, мадам.
Что ты поливаешь, Жако? Что это за цветы?
Это не цветы.
Овощи?
Это не овощи. Их кладут в трубку, поджигают спичками, и получается дым.
Ты знаешь, что тебя могут за это посадить в тюрьму?
Ну где же она, что же это такое?
Это невероятно!
Жан-Лу, что происходит, мы репетируем или нет?
Мы ждем Надин, я ей такое устрою!
Ты видела, который час?
Ты тут разъезжаешь с фрицами, а Жан-Лу отыгрывается на мне.
Да успокойся, старина! Я была на звукозаписи,
эти предложили меня подвезти, я не стала отказываться.
Если бы тебе предложили роль в ''Еврее Сюссе'', ты бы наверняка согласилась бы?
Там нет роли для француженки.
Извините, Марьон. Мне очень неудобно, Жан-Лу.
Да, да, не спеши.
Мы ждем тебя уже час, чтобы начать репетицию. Мы не должны зависеть оттебя, дорогуша.
Что на этот раз? Не сработал будильник?
Нет, я была на озвучке.
Зачем ты берешься за любую работу?
Ты играешь в театре, так что оставь озвучку для своих безработных подружек.
Но ей тоже нужна работа.
Да, но она меня уже достала.
Я никому ничего уступлю. Я решила соглашаться на всe, что мне предлагают.
По утрам я выступаю на радио, в обед у меня дубляж,
по вечерам мелькаю в ''Комеди Франсэз'',
и еще каждый четверг играю Мольера для школьников,
и если мне предложат роль из двух строчек в кино, я скажу да.
Я хочу добиться успеха, а для этого есть только один способ:
показывать себя людям и каждый день знакомиться с новыми людьми,
и если вы хотите меня уволить, пожалуйста, потому что Гитри проводит прослушивание
в Мадлен, и мне там надо быть через час!
Ты думал о том, что я тебя просил?
Да,
но мне пришли в голову только двое, Рауль Коке и Фернан Кусталь.
Помнишь их?
Коке - отличная идея. Мы ему сейчас же позвоним.
В Кустале я не так уверен, как ты, поставлю пока вопросительный знак.
Это она?
Да, это она.
Она еще очень красива.
Почему - еще?
Она играла в ''Доме пороков'', когда я проходил свое первое причастие!
Ты видел ''Дом пороков''? Как это тебе удалось?
Нет, не видел, но я стащил все фотографии с витрины ''Рохи'',
в частности, ее ''знаменитую'' фотографию!
Да, верно, она красива,
но эта женщина внушает подозрение.
Ладно, пошли звонить.
У меня для тебя плохие новости, Люка.
Отдел пропаганды запретил пьесу?
Нет.
Ты не сможешь уехать через неделю: канал, который мне дали, оказался ненадежным.
Но ты говорила, что он надежный.
Ни в чем нельзя быть уверенным.
В общем, человека, который переправлял людей через Невер, арестовали.
Есть еще один вариант, но я колеблюсь?
Почему? Там тоже грозит арест?
Нет, гораздо хуже.
Есть так называемые проводники,
которые берут деньги, а потом останавливают грузовик прямо перед комендатурой.
А там уже...
Таким образом, они трутся у двух кормушек.
К тому же ты не обычный клиент, многие знаюттебя в лицо, к тому же твой акцент.
Нет, ты должен подготовить себя к тому, что проведешь здесь несколько недель.
Ну как? Выдержишь?
Конечно выдержу. Это необходимо.
Но мне плохо, когда я чувствую себя бесполезным, парализованным.
Ты говорила с Жан-Лу? Он нам поможет?
Предпочитаю ничего не говорить Жан-Лу.
Он знает слишком много людей, он везде бывает, болтает, шутит.
Может случиться непоправимое.
Знаешь, сколько в полицию поступает ежедневно доносов на евреев?
Назови цифру.
Не знаю... Триста.
Тысяча пятьсот писем в день!
Мой патрон еврей, мой сосед еврей, мой шурин еврей.
Нет, все считают, что ты уехал, все, так что пусть так и остается.
Ты думаешь, что я пропустил тебя вперед из-за вежливости?
Вовсе нет: я хочу посмотреть на твои ноги.
Мерлихт, подожди, я хочу вдохнуть запах сцены, подожди.
В подвале я знаю всe, что происходит в театре.
Утром, когда света чуть меньше, я думаю: ''Ага, репетиция начинается''.
Затем, когда свет становится ярче, я знаю, что вы пошли обедать,
а вечером, когда я остаюсь в темноте, я говорю себе: ''Через пять минут придет Марьон''.
Подобная ситуация была в пьесе, которую я видел в Лондоне три года назад.
По вечерам муж делал вид, что уходит из дома, но почти тут газовые фонари гасли,
и мы понимали, что он вернулся, что он на чердаке, где ищет непонятно чего.
Ты помнишь? Я чуть не купил на нее права.
Ему очень нравилось работать в ''Гран-Гиньоле''.
Но с нами ему тоже очень нравится.
Он немного напоминает Габена в фильме ''Человек-зверь'', такой крепкий,
и в то же время в нем много нежности.
Оказывается, он из-за тебя захотел играть в театре.
Нет, я сам это сделаю. Расскажи лучше, как продвигается работа?
Жан-Лу очень хорошо справляется.
Но сегодня он доставил мне настоящее удовольствие,
оказывается, он способен по-настоящему злиться.
Алло? Это Даксья.
Здравствуйте, месье. Позовите Жан-Лу.
Да, я сейчас позову.
Жан-Лу, это вас, это Даксья.
Что ему надо в такое время?
Не знаю.
Алло, Даксья?
Что случилось?
Вчера только об этом и говорили в последнем метро.
Репетиции ''Мертвой королевы'' в ''Комеди франсэз'', вероятно, приостановят.
Что, Монтерлан еврей?
Ты почти угадал.
Даксья предлагает выявить в скором времени всех евреев,
которые еще остались в составе ''Комеди франсэз'',
и по мнению Даксья, Жан Йоннель - румынский еврей.
Я не знаю, еврей ли Йоннель, или наполовину еврей, или на четверть,
но я знаю, что напрасно он остается, ему надо бежать, бежать на край света,
подальше от безумцев. Они безумны, пойми, безумны.
Не только в Германии, но и здесь, Даксья и иже с ним - безумны.
Вот, ты хотел знать, как выглядит Бернар Гранже. Смотри.
Великолепен, он просто великолепен.
И с ним можно быть спокойным, у него лицо стопроцентного гоя.
Объясни, что ты имеешь против гоев?
Ничего,
особенно когда на них короткие юбки и если у них длинные волосы.
Расист, грязный расист!
Правильно говорила мне мать, я никогда не буду счастлива с евреем.
''Знаете, Карл,
если вы хотите надолго остаться в этом доме,
вы никогда не должны произносить одно имя - Шарль-Анри.
Вчера вечером на мне было новое платье. Все это заметили, кроме вас.
Наверное, вы думали о чем-то своем.''
Да, да, хорошо, Надин, хорошо.
Но я бы хотел, чтобы в этот момент ты подошла к Бернару,
тебе потом дадут лампу, ты поставишь ее на стол, тебе это поможет.
Рэймон, вместо того, чтобы суетиться, принеси лампу!
Ладно. Давайте, дети мои, продолжайте.
''Вы же не осмелитесь утверждать, что у вас много работы?
Я знаю, Ариетта, ваша работа тяжелее моей,
но некоторым людям в этом доме следует заниматься исключительно своей работой.
Почему вы мне это говорите?''
Потому что... это в пьесе.
Я вижу то, что вижу?
Да, да, это Даксья,
иди поздоровайся с ним.
Будь с ним любезна и не забудь его поблагодарить.
Всe же это он добился для нас разрешения у цензуры.
Конечно, не беспокойся. Конечно, я подойду.
Ладно, перерыв на две минуты. Можете пока расслабиться.
Здравствуйте. Здравствуйте, мадам Штайнер.
Кто это?
Вы не знаете? Он инспектирует постановки в театрах.
Это Даксья, критик газеты ''Я везде''.
Так это и есть Даксья? Я представляла его совсем другим.
Я хочу с ним познакомиться.
Тебе не противно?
Но он важная шишка.
Говорят, он скоро будет руководить ''Комеди франсэз''.
Я скажу вам одну вещь, которая в моих устах может показаться вам странной, но я думаю,
что ваш муж, Люка Штайнер, был неправ, покинув Францию.
Новые законы против израильтян в театрах касаются интриганов, аферистов, спекулянтов,
но ваш муж, мадам Штайнер, был редкой жемчужиной,
он был единственным директором театра израильтянином...
Вы можете сказать: евреем.
Ну, да, он был единственным, кто был одновременно
режиссером, директором труппы и артистом.
Видите ли, немцы очень ценят культуру. Очень.
Они не хотят, чтобы таланты покидали Францию.
Что же касается вашей пьесы ''Исчезнувшая'', я совершенно спокоен,
я уверен, что Жан-Лу Коттен тот человек, что вам нужен.
Конечно, напрашивается вопрос, почему вы выбрали пьесу, которую отверг даже Питоев.
Вы знакомы с Жерменой Фабр, моей костюмершей?
Она всю жизнь со мной, она хотела попросить вас кое о чем.
Да, конечно. Конечно, я знаю мадам...
Я насчет своего сына Пьера.
Зачем Даксья пришел сюда?
Он любит вдыхать атмосферу репетиций.
Но он приходиттолько на те пьесы, которые ему интересны, так что...
Он напишет о нас статью.
Не знаю, может написать, а может и нет.
Знаешь, я бы предпочла, чтобы он забыл о нас ненадолго.
Пойду к нему.
Нет, нет, останься.
Посмотрите, мы все в семье католики.
Вот доказательства.
Хорошо, хорошо, я внимательно изучу ваше дело.
Спасибо.
Что ж, я познакомлю вас с нашим маленьким обществом.
Да.
Итак, это Надин Марсак, которая, по моему мнению,
лучшая ученица театральной школы Симона.
Ну что?
Он был очень любезен. Он взял мое дело.
Бернар Гранже, наш герой-любовник, перешел к нам из ''Гран Гиньоля'', как вы могли заметить.
Это он играет роль Карла?
Да, да.
Забавно, но я скорее представляю его в ''Косматой обезьяне''.
Да, но... А это Рэймон, он вас проводит.
Скажи, Жан-Лу, что, твой Даксья не любит женщин?
Месье Даксья, можно задать вам загадку?
Загадку? Да, смотрите.
Как это называется? Удочкой.
Да, а у нас в провинции - голем.
Если приложить к нему другое, получится два голя, де Голль.
Браво, Рэймон,
вы очень остроумны.
Я говорю с вами, стоя перед печатными станками этой скромной газеты,
которая будет продолжать выкрикивать правду!
Да, французский театр должен быть очищен от евреев,
начиная от чердаков и кончая суфлерской будкой.
Потому что если мы оставим еврейского суфлера в музыкальном театре на Менильмонтане,
то очень рискуем однажды обнаружить его руководителем Оперы.
Нужно выгнать евреев со сцены, из-за кулис,
и чтобы никто из них никогда не мог туда вернуться.
Еврей больше никогда не должен владеть, руководить, администрировать театром,
потому что все евреи, которые это делали, принесли в театр
коварные и нечистоплотные практики.
Так что пусть теперь эти господа знают, что Франция потеряна для евреев.
И не значит ли это для Франции, что она на три четверти спасена?
Вотто, что вы у меня просили, мадам Штайнер, я всe пересчитал,
отчетность прилагается.
Но каждый месяц выделять такую сумму будеттрудно.
Кто говорит о каждом месяце.
Тогда нет проблем, до свидания, мадам Штайнер.
До свидания.
Здравствуйте, мадмуазель.
Здравствуйте, месье Мерлен. Входи. Марьон, это малышка Розетта.
Здравствуй, Розетта. Здравствуйте.
Розетта, положи свои образцы на стол и можешь идти домой.
Сколько тебе лет, Розетта?
Через три месяца мне будет 14.
Ты работаешь с Арлетт, значит, ты не учишься.
Нет, мне больше не хочется.
Тебе нравится шить костюмы для театра?
Да, мадам.
Значит, ты придешь на спектакль?
Ты что, Марьон, она не может пойти в театр. Девочка никуда не ходит вечером.
Нет, я могу выходить вечером. Три месяца назад мне дали билет,
на Эдит Пиаф в ''А-Бэ-Се''.
Я надела шарф воттак, закрепила его на поясе, и всe получилось.
Хорошо, позже поговорим об этом. Иди домой, Розетта, ты видела, который час?
До свидания, мадам. До свидания.
До свидания, Розетта.
Знаешь, у тебя иногда бывают странные идеи, Марьон.
Девочка не забудет, она захочет придти на спектакль,
а поскольку ее родители ни в чем ей не могут отказать, они будут жаловаться мне.
Извини, я сожалею. Я хотела быть к ней добра, потому что...
Ее родители французы?
Девочка родилась в Париже, но они поляки.
Отец ее брючный мастер, работает на дому, вернее, на чердаке.
Заказы разносит малышка, потому что он не выходит на улицу, у него ужасающий акцент.
Акцент, как у Люка?
Сильнее, он не знает и тридцати слов по-французски.
Так что если немец на улице спросит у него дорогу, он пропал.
Так что он сидит дома, и всем занимается его жена.
Они не боятся доносов?
Они не пробуют перейти в свободную зону?
Конечно им хотелось бы сбежать.
Но ты же знаешь, это стоит бешеных денег, а у этих людей нет денег.
Что ты делаешь сегодня вечером?
Ничего особенного, пойду домой.
Тогда приглашаю тебя на ужин.
Извини, не могу.
Но, Марьон, ты же не можешь все вечера проводить одна.
Я должна вернуться домой.
Я всe прочел, мадам директриса. Нам ничего из это не подходит.
Лучше всего отослать сценарии обратно,
но не забудь вынуть листки с замечаниями и сжечь их, мой почерк знают...
Хорошо, так и сделаю. Теперь я должна тебе объяснить насчет денег.
Я приготовила три пачки.
Первая -для конвоира, который доведеттебя до Вьерзона.
Конвоир? Так и говорят?
Да, конвоир. Заплатишь ему в тот момент, когда ты будешь садиться в грузовик.
Мне обещали, что тебе будет удобно, ты будешь среди мебели.
Я буду сидеть в кресле, как министр.
Нет, слушай меня внимательно, Люка, это важно.
Вторая пачка -для фермера, который проведет тебя через демаркационную линию.
Его поместье граничит с линией.
Дойдя до конца поместья, ты окажешься в свободной зоне.
Дай я угадаю: третья пачка -для Испании?
Да, но запомни: для Испании и всего остального.
На тот случай, если тебе этого не хватит, я принесла этот мешочек.
Нет, мадам, никаких драгоценностей, никаких драгоценностей.
Они могуттебе понадобиться.
Меньше, чем тебе.
Возьмешь их с собой, когда приедешь ко мне, потому что я хочу, чтобы ты приехала ко мне
как можно скорее.
Да, но чтобы соблюсти приличия, я должна сыграть не меньше ста спектаклей.
Боже, какая самоуверенность!
Думаешь, вы дотянете до ста?
Это полгода...
Вы любом случае, я хочу, чтобы ты приехала после пятидесятого, не позднее.
После пятидесятого я заявлю, что у меня затемнение в легком,
и найду замену.
Я объясню всe Жан-Лу, передам ему руководство театром
и сделаю вид, что еду в санаторий, а приеду к тебе...
...и мы всe начнем с начала.
Послушай, я не парикмахерша, перестань вертеться, у меня не получается.
Прошу, сними этот ужас!
Стараюсь почувствовать себя евреем. Роль еврея -деликатная вещь.
Если не акцентировать его характерности, все говорят: ''Он преувеличивает''.
Если ты утрируешь, все говорят: ''Он не похож на еврея''.
Что это значит: быть похожим на еврея?
Ты меня спрашиваешь?
Перестань вертеться.
Послушай, Марьон, послушай, я обожаю эту песню.
Как не потерять голову Которую обхватывают смелые руки
Ведь мы всегда верим Нежным словам любви
Когда их произносят глазами.
Как твоя трава?
Нормально. Растет?
Да.
Значит, скоро сможем курить!
Жако, подойди.
Вот что, Жако...
Да?
Ты можешь повторить за мной фразу?
Да.
Готов? Да.
Хорошо. Тогда попробуй сказать: ''Мама, как ты думаешь, месье Карл вернется?''
Очень хорошо. А потом: ''Потому что мне с ним нравится учиться''.
''Потому что с ним мне нравится учиться.''
Очень хорошо.
Здравствуй, Жако.
Мама, месье Карл вернется?
Почему ты мне это говоришь?
Потому что мне с ним нравится учиться.
О чем это ты?
Это он просил вам это сказать.
Кто - он?
Он!
Вот, теперь она не заедает.
Отлично! Надин, ты готова? Если готова, входи.
Я вам больше не нужна, мадам? Я могу идти готовить постель месье Эрику?
Идите, Ариетта, и не забудьте помазать мазью его левую руку.
Я всe сделал, мама.
Хорошо, Эрик, можешь идти спать.
Вот, ты идешь к лестнице, к двери, вот, останавливаешься на второй ступеньке,
вот, не падай, и оборачиваешься, чтобы сказать свою фразу.
Мама, месье Карл вернется?
Не знаю, дорогой, а ты как думаешь?
Я думаю, что он вернется, мне с ним нравится учиться.
Очень хорошо, Жако, браво, Жако!
Теперь мы знаем, что в этой пьесе у нас есть по крайней мере один хороший актер.
Очень мило! Да, это верно, спасибо.
До свидания, Рэймон.
Пока, Жермена, до завтра.
Да. До свидания.
Его вы целуете, а меня...
А вам я жму руку.
Ну, раз вы так настаиваете, извините, позвольте, я вам погадаю по руке.
Так вот, в вас скрываются две женщины.
Да, но, к несчастью, ни одна из них не хочет с вами спать.
Пока!
Да, я сам виноват, я сам виноват.
Напрасно я сразу показал ей, что хочу ее, а теперь она подтрунивает надо мной,
провоцирует меня.
Когда декорации и костюмы будут готовы, она исчезнет с горизонта,
но я добьюсь этой женщины, она нужна мне еще до генеральной!
А бежевых тонов у вас нет моего размера?
Мартина, что ты здесь делаешь? Перестань надоедать мадам Штайнер.
Да нет, она мне не мешает, Рэймон, будьте добры, выйдете.
Ну ладно.
Когда у меня будеттретий размер, я вам принесу.
А вы, Надин, ничего не берете?
Конечно, это соблазнительно, но у меня нет денег.
Вы что, шутите?
Нет, я крашу ноги.
У меня тоже краска.
Да, но ты делаешь более аккуратно, рисуешь даже шов.
Да, очень хитроумно.
Шов делается кисточкой, но чтобы он был прямым, лучше попросить кого-нибудь помочь.
НЕМЕЦКИЕ ВОЙСКА ПЕРЕШЛИ ДЕМАРКАЦИОННУЮ ЛИНИЮ
Это что, сегодняшняя газета?
Вы знали, что свободную зону оккупировали?
Сегодня утром передавали по радио.
Для нас это ничего не меняет, но тем, кто в свободной зоне, весело придется.
Свободная зона оккупирована? Не вижу, что это меняет?
Ты хотела, чтобы я пересек половину Франции, кишащую немцами,
теперь я пересеку всю Францию.
Ты ничего не пересечешь. Немцы везде.
Все грузовики останавливают каждые 50 километров и обыскивают.
И я поговорила с проводником, он умирает от страха.
Нет, эти переходы стали опасны для всех.
И что же теперь будет со мной?
Ты остаешься здесь, пока всe не утрясется.
Я больше не могу здесь находиться, я сойду с ума!
Это не жизнь. Ты никогда не спрашивала меня, что я делаю здесь весь день?
Так вот, я читаю, читаю, я много читаю,
слушаю ложь по радио потом читаю ложь в газетах,
и потом, чтобы не потерять рассудок, я решаю кроссворды.
Хочешь послушать эти кроссворды?
Вот, пожалуйста: Три буквы, ''символ низости'': ''жид''.
Горизонтально, шесть букв: ''вонючий хищник'': ''жидяра''.
А вот это для детей: ''с ним любой осторожности мало'',
пять букв, начинается с буквы ''е''.
Тогда я бросаю кроссворды, слушаю звуки театра,
прислушиваюсь к шагам на лестнице, жду твоего прихода.
Я жду, жду, мне надоело ждать!
Сколько лет отпущено человеку?
Я больше не могу, Марьон, я больше не могу!
Послушай, Люка, Люка.
Я ухожу!
Куда ты пойдешь?
Я выхожу отсюда. Я ухожу. Я пойду к ним!
Что ты такое говоришь?
В мэрию, в комиссариат. Я объясню им, я заявлю на себя, отдам себя в руки закона.
Ты что, спятил? Что ты делаешь? Ты не выйдешь отсюда.
Чего ты добиваешься? Хочешь в концлагерь?
Пропусти меня!
Ты не выйдешь отсюда, нет, я скорее тебе голову разобью!
Пей, это настоящий коньяк, хороший коньяк с черного рынка.
Ты дрожишь! Тебе тоже надо выпить коньяку.
Я только что обнаружила ужасную вещь. В сущности, я готова убить.
Ты увидишь, мы приведем в порядок подвал, Люка,
я принесу тебе сюда настоящую кровать, хорошее кресло,
и еще ковер, чтобы положить на пол.
Мне нужен письменный стол.
Да, как в квартире.
Надеюсь, ты не забудешь оклеить стены обоями с цветочками.
Я не могу выйти отсюда, все уже пришли.
Мы вели себя легкомысленно, надо было проснуться намного раньше.
Пройди через внутренний дворик.
Ну да.
Да, да.
Марьон? Да.
Не забудь запереть да собой дверь. Да.
Его перевели в другой концлагерь, он не имеет права говорить, где он.
Но мне удалось достать карту Германии.
Я не буду класть все в одну посылку, так у него будет шанс что-то получить.
У меня такие же руки, как у твоего мужа.
Они принадлежали не мужу, а моему номеру два.
Держу пари, ты никогда не догадаешься, где я их приобрела.
На Колониальной выставке, за деньги, естественно!
Но мы с ним недолго оставались вместе: он был левшой.
Что ты имеешь против левшей?
Ничего, но когда он давал мне пощечину, у меня не было времени заметить,
откуда появлялась рука.
У нас были хорошие моменты!
Здравствуй, Жермена. Привет, Рэймон!
Здравствуй, Бернар. Да ты, наверное, не ночевал дома, ты колешься.
Да, я не ночевал сегодня дома. Вчера вечером я попал в переплет.
Я был в кинотеатре, а на выходе двое блокировали дверь,
отлавливали для принудительных работ в Германии. Они проверяли всех.
Тогда я наклонил голову в одну сторону, тело в другую,
так что каждый из них думал, что меня проверяет другой.
На твоем месте я бы не стала этим хвастаться.
Вот из-за таких, как ты, заключенные не возвращаются.
Здравствуйте, Жермена.
Здравствуйте. Что происходит?
Вы теперь здесь занимаетесь своим туалетом?
Не надо кричать об этом на всех углах. Да, я не ночевала сегодня дома.
Я не выношу, когда до меня дотрагивается мужчина.
Арлетта, вы не могли бы сделать это вместо него?
А моего мнения вы не спрашиваете? А если я не выношу дотрагиваться до мужчин?
Вы не забыли о моем втором костюме?
Есть второй костюм?
Так написано в сценарии.
Акт второй, сцена третья: ''Карл проходит незамеченным''.
Так что мне нужен незаметный костюм.
Ты знаешь Бернара Гранже?
Это новый актер?
Да. Передай ему, что я не могу больше ждать его.
Передай ему этот пакет от Кристиана.
Передам.
Люка?
Люка!
Марьон! Марьон, ты здесь?
Где ты?
Подойди к кровати.
Скажи что-нибудь.
Что мне тебе сказать? Я стою возле твоей кровати.
Я плохо тебя слышу.
Я тоже тебя плохо слышу.
Иди к приемнику.
Но где этот приемник? Я его слышу, но не вижу.
Здесь, возле топки.
Возле топки?
Вот, я возле нее.
Я слышу тебе через нее?
Да, я тебя слышу так, словно ты рядом со мной. Сделай звук громче и иди ко мне на сцену.
Но это же очень опасно.
Напротив, это очень здорово.
Видишь, это старая решетка отопления, это значит, что если я немного улучшу систему,
я могу внизу слышать всe, что здесь происходит.
Я смогу, наконец, следить за репетициями.
Каждый вечер я буду говорить тебе, что ты должна предлагать Жан-Лу,
чтобы он передал это актерам.
Конечно же, ''Исчезнувшая'' продержится до сотого спектакля, она продержится год!
Я вернулся, я руковожу своим театром, я ставлю пьесу, но никто не будет об этом знать!
С тех пор, как я вошел в этот дом, я слышу только ложь,
и каждая ложь противоречит другой.
Это не ложь, это черные дыры. Это не ложь, это черные дыры.
Уже много лет назад я первая начала докапываться до истины.
Неужели вы не понимаете, как ужасно не знать, кто ты, что произошло,
и, что хуже, жить в страхе, что это произойдет еще раз.
Иногда у меня ощущение, что я не живу по-настоящему.
Почему доктор Сандерс никогда не отпускает вас в город показаться врачу?
Он знает больше, чем все врачи. Без доктора Сандерса я бы уже умерла.
Мне не хватит всей жизни, чтобы выразить свою признательность.
Пленник не должен испытывать признательность к своему тюремщику!
А доктор Сандерс сделал вас своей пленницей!,
но если кто-то говорит вам: ''Елена, я люблю вас'', почему бы не выслушать его!?''
Нет, простите, простите, извините.
Неужели, Жан-Лу, во время этого диалога надо кричать?
Потому что мне это кажется фальшивым, неестественным.
Послушай, Бернар, здесь точные указания Люка, вот: эту сцену нужно играть, как дуэль.
Как дуэль.
Ладно, но мне это кажется странным.
''Пленник не должен испытывать признательность к своему тюремщику!,
а доктор Сандерс сделал вас своей пленницей!
Но если кто-то говорит вам: ''Елена, я люблю вас!'', почему бы не выслушать его?
Но я не имею права любить, вы это понимаете!? Я не имею права ни любить, ни быть любимой!
Нет, Елена, нет, эти слова диктует вам доктор Сандерс!
Я хочу вам кое-что рассказать о докторе Сандерсе.''
Вот, вы просили меня кричать, я кричал,
но играть эту сцену таким образом мне совершенно не нравится!
Мне тоже, Жан-Лу, не нравится играть так эту сцену.
Нам обоим не нравится.
Бернар Гранже прав, эту сцену нельзя кричать.
Да, но Жан-Лу следовал твоим указаниям.
Да, мне тоже случается ошибаться, а Жан-Лу напрасно иногда слишком верен моим указаниям.
Что это?
Что-то с электричеством.
Передай мне свечу.
Свечу, свечу...
Ну вот, опять свет.
Эту сцену надо играть не как дуэль, а как заговор.
Тебе не интересно, Марьон, ты меня не слушаешь?
Нет, извини, Люка, но я умираю от усталости.
Ладно, устраивайся, спи.
Нет, я хочу спать у себя в отеле. Я еще вернусь.
Значит, ты сбегаешь из супружеской норки?
Я скоро.
Подожди.
Я жду.
Я навещу тебя завтра утром, как только приду.
Рэймон, Рэймон! Ты не видел Рэймона? Я не могу его нигде найти.
Нет.
Ты теперь заделался электриком?
Нет, не электриком, а инженером.
Рэймон!
Вот он.
Да, знаю. Вы меня ждали,
но я три четверти часа простоял в очереди в скобяную лавку в районе Базар.
Когда я из нее вышел, велосипед уже не было вместе с цепью, что делать,
я поехал на метро, там неполадки с электричеством,
я застрял между двумя станциями, со всеми купленными товарами.
Не надо было ехать не метро, ты же знаешь, у нас времени в обрез.
Надо было поехать на вело-такси.
Тем более что за это парню надо платить по двойному тарифу.
Вот именно поэтому я не езжу на вело-такси.
Да я просто пошутил.
Нет, правда, вы меня представляете, развалившимся, как паша,
чтобы меня тащил бедный парень, истекающий кровью и потом и жмущий на педали?
Да, да, я знаю, добрые толстяки всегда вызывают смех.
Это забавно, это мило, ведь правда добрые толстяки очень симпатичны?
Да только им нелегко жить, представьте себе.
Да нет, у меня тоже в прошлом году стащили велик, и я поставил на нем крест.
Но через три дня, на другом конце Парижа - невероятно! - что я вижу?
Свой велик, тот же номер: 813, Аш-Ка 45, и я говорю себе:
Это же мой велик, я просто возьму его.
Подваливает мужик, как ни в чем ни бывало, я смотрю, как он снимает замок.
Тогда я к нему подхожу и говорю: ''Послушайте, месье, но это мой велик!''
Этоттип смотрит на меня свысока, и я понимаю, что он издевается надо мной.
Ну, и как всегда, люди останавливаются, смотрят на тебя, и знаете,
что он осмелился мне сказать?
Он обзывает меня педиком - извините, Жан-Лу - и рассказывает этим людям,
что я хотел его подрочить, что я делал ему грязные предложения и всe такое.
Люди смотрят на меня косо, все они за моего вора.
Я подумал: они мне еще морду набьют'', так что я без лишних слов смылся.
Их называют боши, фрицы, немцы, серо-зеленые. Не помню последнее слово.
Забыл. Картофельные жуки.
Да, картофельные жуки.
До свидания. До свидания.
Пока! Пока!
Эй, куда ты идешь с моим проигрывателем?
Прежде всего, он не твой, а Марьон, и она мне его одолжила для вечеринки.
Ладно, до свидания.
Решительно, всe исчезает в этом театре.
Сначала кресло-качалка, теперь проигрыватель.
Мадам Штайнер, вас ждет в баре какой-то месье.
Но я никому не назначала свидания.
Я не помню его имени, но он из газеты ''Я везде''.
Даксья.
Да, Даксья.
Мадам... я хотел поговорить с вами, мадам.
Я предпочел встретиться с вами вне театра,
так как это конфиденциальный разговор. Пожалуйста.
Я знаю, вы меня не любите, но я хочу думать, что это потому, что вы меня плохо знаете.
Не мне вас судить.
Я только знаю, что ваши статьи часто ранили людей, которых я люблю
и чью работу я ценю.
Другие говорят, что вы по-настоящему любите театр.
Я действительно живой парадокс.
Я обожаю театр, я живу ради театра, и меня ненавидит большинство людей театра.
Не буду хвастаться, но нужна определенная стойкость,
чтобы работать в такой враждебной среде, и этой стойкостью, думаю, я обладаю.
Вы знаете, что меня всегда восхищал Люка Штайнер.
Если бы он находился сейчас здесь, напротив меня, я бы сказал ему,
что наш настоящий враг - это социалист, антикапиталист,
и что мы тоже левые, но мы хотим пойти еще дальше: мы хотим революции.
Знаете, я видела, как Люка покупает газеты,
но открывал он их только на странице спектаклей.
Я делаю то же самое. Так что политика...
И напрасно, потому что всe политика.
Но это ваше дело, я сюда пришел не для этого.
Люка Штайнер не покидал Франции.
Дамы и господа, нужно спуститься в убежище.
Удостоверение личности, которое я вам показал, было найдено у проводника при аресте.
Здравствуйте, мадам.
Здравствуйте, Ивонна.
Ваш муж наверняка прячется в какой-нибудь деревушке или за городом,
но в какой-то момент он свяжется с вами, я в этом уверен.
Поэтому я прошу вас передать ему: скажите ему, что если он решится вернуться в Париж,
я не буду выступать против него в своей газете.
Для меня это вопрос чести.
Но если он вернется, он скомпрометирует вас.
Вы думаете о своем театре?
Фамилия Штайнер вам не подходит. Вам следует просить развода.
Ты помнишь, Марьон, ты помнишь?
Что я должна помнить?
В большом лифте ''Галери Барбес''.
Да, помню, мне казалось, что все в мире понимают, чем мы занимаемся.
Я умирала от страха.
Тебе было только страшно?
Нет, не только страшно.
А на приеме в доме моделей ''Кукольный дом'' уже тебе было страшно.
Нет, я был очень доволен. Давай, уходи.
Возвращайся в отель. Я хочу, чтобы ты ушла прямо сейчас.
А если я останусь здесь на всю ночь?
На всю ночь? До завтрашнего утра?
На всю ночь.
Это правда?
Тогда я погашу свет, чтобы обдумать твое предложение.
Но когда я пришел и сказал вам: ''Елена, я люблю вас'',
почему вы отказались выслушать меня?
Послушайте, Бернар, мы знаем, что в этот момент вы должны делать этот жест,
но мне бы хотелось, чтобы во время репетиций вы не трогали моего лица.
Ладно, продолжайте, дети мои.
Но я не имею права любить, вы это понимаете? Я не имею права ни любить, ни быть любимой.
Но когда я пришел и просто сказал вам: ''Елена, я люблю вас'',
почему вы отказались выслушать меня?
Бернар, не забывайте гладить лицо Марьон в этот момент.
Это Марьон сказала ему не делать этого жеста.
Мы проходим в подъезд, здесь много народа, и я пытаюсь протиснуться со своим микрофоном.
Что случилось!? Мы слышали взрыв.
Мне сказали, что взрывчатка находилась в обнаруженном проигрывателе: это покушение.
Адмирал Фрeлих тяжело ранен, он пострадал от бомбы. Что?
Мне сказали, что он умер, здесь полное смятение.
Разыскиваюттеррористов, подложивших проигрыватель.
Прошу прощения, мадам Штайнер.
Я занята, месье Мерлен.
Пожалуйста, это очень важно.
Да?
Жермена сказала мне, кто с вами.
Не надо продавать драгоценности за пятую часть их стоимости.
Поверьте мне: я передам их в банк ''Муниципальный кредит'',
и если ''Исчезнувшая'' будет иметь успех, через три месяца вы сможете их выкупить.
Да, да, пожалуй, благодарю вас, месье Мерлен.
Извините, месье, но сегодня я не могу принять решения,
мне надо обдумать ваше предложение.
Как хотите, мадам. Да, да.
Вы не хотите помочь мне репетировать мою любовную сцену у меня в уборной?
Репетиторш, которых вы ищите, вы легко найдете на улице Сен-Дени!
Если хочешь, я могу помочь тебе репетировать твой текст.
Нет, нет, спасибо, Надин, спасибо, как-нибудь разберусь.
Знаете, Карл, если вы хотите здесь надолго остаться,
вы никогда не должны произносить одно имя - Шарль-Анри.
В "Галерее Ляфайет", в парфюмерной секции спросите от моего имени мадмуазель Йоланду,
она может достать вам ''Унесенных ветром'' за 80 франков.
Я бы никогда не заплатила 80 франков за книжку, даже на черном рынке.
Но если Марьон это интересно...
Да, она сказала мне, что хочет ее прочесть. Ладно, я пошла.
Хорошо.
Мартина, вы не откажетесь пойти в мою уборную помочь репетировать мою роль?
Даже не знаю. Я никогда этого не делала.
Это очень просто, вам надо только читать. Я говорю вам фразу, а вы мне отвечаете.
Ну хорошо.
Пойдемте.
Вы присмотрите за моей коробкой? Да, да.
Как здесь красиво.
Да, да, вот моя уборная.
Они приезжали в основном, чтобы пользоваться, а не работать по-настоящему.
Несчастье в том, что в большинстве своем французы не могут распознать евреев.
Если бы они это умели, они были бы более бдительны, но этого не происходит.
Некоторых можно узнать по лицу, но не всех!
Проблемы не было бы, если бы, например, у евреев была синяя кожа, но этого нет.
Так что надо уметь их распознавать. Поэтому...
Принято говорить: ''Лучше слышать это, чем быть глухим''.
Но иногда я спрашиваю себя, не лучше ли быть глухим...
Ты слушал последнюю репетицию?
Да, прекрасно. В общем, несравненно лучше.
Когда эту сцену играюттихим голосом, она очень выигрывает,
но, чтобы оставалась атмосфера интимности, нужно, чтобы свет шел в том же направлении.
Лица должны освещаться сзади, как в театре теней.
Не двигайтесь, дети мои, вы у нас театр теней. Прошу тебя, Рэймон, работай!
Твоя идея великолепна, Жан-Лу.
Я немного перемещу задник, чтобы тени были более четкими.
Черт, что ты там делаешь, Рэймон? Мы в темноте.
Я знаю, что мы в темноте, я знаю. Это не я, это во всем театре.
Авария во всем районе.
Вот вам и театр теней!
Я смотрела в окно, весь квартал темный.
Нас теперь даже не предупреждают о выключение электричества.
Ладно. Марк, пошли со мной, пойдем поищем, чем можно осветить.
Я знаю, где найти свечи, за деньги, конечно.
Надин, внизу тебя ждут репетировать.
Марьон, я хочу объяснить.
Нечего объяснять.
Я не хочу, чтобы ты меня осуждала.
Я тебя не осуждаю.
Просто я бы хотела, чтобы ты решала свои сердечные проблемы вне стен театра.
Марьон бессердечная. Она слишком жесткая, слишком холодная,
ее никто не интересует, она никому ничего не прощает, она никогда на меня смотрела.
После отъезда Люка она стала хуже, чем раньше. Мне это надоело, с меня хватит!
Успокойся, успокойся, моя хорошая, это же не конец света.
Что произошло?
Марьон толкнула дверь, которая должна была быть заперта изнутри,
и в этот момент кажется, что произошла трагедия, а потом, недели через две,
никто об этом даже не вспомнит.
Если бы это было правдой.
В любом случае, я не хочу здесь оставаться, я хочу пойти домой.
Ну да, пойдем... Ты права, иди домой.
До свидания.
Она расстроена. Ты позволишь мне проводить ее?
Нет, нет, оставь ее в покое!
Это то, что, наоборот, не надо делать. Это уладится само собой, оставь ее в покое!
Но она же огорчена, она взволнована.
Ах вот оно что! Можно сказать, что я действительно выбрал не ту женщину.
Именно так, мой бедный Бернар!
Видишь ли, Арлетта тебе не партнерша, она скорее конкурентка.
Что, она тебе так сильно нравилась?
Мне очень сильно хотелось переспать с ней,
она производит на меня впечатление горячей булочки.
Я тебя несколько раз хотел предупредить,
что ты идешь не в том направлении, а потом подумал: во что я вмешиваюсь...
Значит, вы собираетесь провести вечер в ''Джоконде''?
Но ведь ''Джоконда'' - это кабаре!
Знаешь, что говорят по лондонскому радио?
Они говорят, что люди, которые проводят вечера в ночных заведениях,
после войны должны будут отчитаться, да, да.
Это идея Жан-Лу, тобы поднять нам моральный дух.
Когда ты руководил театром, ты имел право менять настроение,
устраивал нам вечеринки или запирался у себя в комнате.
Что касается меня, непонятно почему все хотели, чтобы я всегда была
''вечно улыбающейся очаровательной директрисой''.
Даже Жан-Лу делает мне упреки.
Жан-Лу прав! Он еще не всe знает!
То, что ты мной пренебрегаешь -ладно, я с этим примирился!
Но для тех, кто там, наверху, пьеса важнее всего.
Так что ими надо больше заниматься.
Ты ничего не отвечаешь?
Мне бы пришлось говорить очень жестокие вещи.
Ладно, всe готово, кофе тоже, я пошла.
Марьон! Да?
Через свой телефон я слышал сцену любви между Бернаром и тобой...
Да, и что?
Не знаю, она показалась мне... в общем, она могла бы быть лучше.
Что именно ты пытаешься мне сказать?
Это единственная сцена любви в пьесе, постарайся быть более искренней.
Добрый вечер. Добрый вечер.
Всe хорошо?
Нет, Надин, это место Бернара.
В любом случае, я не могу остаться, я хотела извиниться перед вами.
У меня встреча с продюсерами ''Ангелов милосердия''.
Я не уверена, что всe будет гладко,
там в запасе еще две девушки, я не могла знать, кто...
Это прекрасная роль, я буду рада, если выберут тебя.
Мы будем держать за тебя пальцы, моя милая Надин.
Ладно, я побежала. До свидания.
Я уверена, что она прекрасно справится, но мне кажется, что они ее не возьмут.
Надин еще ребенок, она лучше бы смотрелась в ''Школе женщин''.
В ''Школе женщин''? Надин в роли Аньес?
Я не против, но когда она скажет ''Котенок умер'', должен тебе сказать,
что все в зале подумают: ''Это она его убила!''
Вижу, вы здесь веселитесь.
А, Бернар! Садитесь рядом со мной!
Нет, дело в том, что я не один, я пришел с подругой.
Симона, проходи. Вот, доверяю ее вам, пойду отнесу одежду в гардероб и вернусь.
Добрый вечер. Добрый вечер.
Арлетта, садись рядом со мной.
Подождите, месье, я дам вам номерок.
Спасибо.
Извините, мадмуазель, верните мне одежду, я передумал.
Сожалею, мадам Штайнер, но я не могу остаться.
Да. Пошли, мы уходим. Да, я совершенно забыл, у меня встреча.
Но вы свободны, Бернар, все свободны.
В общем, вы меня извините, и до завтра. До свидания.
Там сзади тип, который неотрывно смотрит на нас.
Не поворачивайся, он идет.
Привет, Коттэн. У тебя всe в порядке? Да.
Ты всe так же в театре, скажи, Коттэн, ты нас не познакомишь?
Извини, но я забыл твое имя.
Рене, Рене Бернардини.
А, да, ну да. Рене Бернардини. Арлет Гийом. Марьон Штайнер.
Добрый вечер.
Извини, Марьон, я вернусь через минуту.
Но ты вернешься?
Да, да. Извините.
Не знаю, что вы думаете, но атмосфера здесь не из лучших.
Пойдемте, я приглашаю вас всех в ''Монсеньор''.
О, нет, нет, Марьон очень устала.
Знаешь, у нас разгар репетиций.
Жан-Лу, перестань решать за меня! Лично я хочу пойти в ''Монсеньор''!
Послушай, Марьон, подожди хотя бы Арлетту.
Нет. Я не хочу спать, и здесь действительно тоскливо. Ну что, мы идем?
Что происходит? Куда вы?
До свидания.
Что это за история?
В этом вся Марьон. Она увидела, что вечер испорчен,
и хочет окончательно его испортить.
А, вижу Даксья: у него 17-ое и 19-ое места, в середине седьмого ряда.
Не забудь 20 мест для Отдела пропаганды.
Что? Что я такого сказал? Это обязательно!
20 мест каждый вечер, не я придумывал правила!
В ''Одеоне'' им отводят боковые ложи, так что когда они пустуют, это не так важно.
Что ж, сделаем, как в ''Одеоне'', разместим их в ложах.
Мой поставщик не хочет идти без дочери и своего зятя.
Я обещала ему четыре места.
Не надо было этого обещать, Арлетта: он не дарит нам свою ткань, он нам ее продает.
Если он хочет придти в театр с тремя людьми, пусть оплатит свои места.
Ну это уж слишком!
Мы даем лучшие места людям, которые получают удовольствие,
критикуя нас, и отказываем тем, кто уже заранее в восторге.
Да, но знаешь, что сказал бы Люка: ''Лучшие места надо отдавать своим врагам''.
Извините, Марьон. Жермена, я не могу найти свою сумку.
Пошли!
О ля ля! Какой беспорядок! Здесь явно кто-то рылся.
Ну что?
Я не нахожу свой маленький дорожный будильник.
А так все на месте.
А у тебя, Жан-Лу, чего не хватает?
Я нашел свой бумажник, но он пуст.
В конечном счете, больше всех пострадала ты, Надин.
Да, ладно еще деньги, но у меня пропали продовольственные карточки,
удостоверение личности, профессиональная
карточка и, главное, пропуск для передвижения ночью.
Повезло, что я закрыла твою уборную на ключ, Марьон.
Вызвать полицию, мадам Штайнер?
Только не ее, мы сами найдем.
Это наверняка сделали люди из Радио Парижа, что были на той неделе.
Грузчики забрали на время пианино, и позвольте заметить, что пианино я больше не видел.
Эти грузчики не больше грузчики, чем я.
Это не вернет мне документы.
В любом случае, я бы хотела знать, кто всe это сделал.
Я знаю, кто это сделал, в общем, я почти уверена.
Извини, Рэймон, ты ведь знаешь, о ком я думаю?
Знаю, ты наверняка не согласишься...
Да нет, я согласен! Ну конечно, это она! Я сразу это понял.
Это может быть только Мартина. Только она...
Послушайте, Рэймон, не будем вмешивать в это полицию,
идите прямо к ней...
Я пойду с тобой.
Но я не знаю, где она живет.
Но она же твоя подружка.
Да нет, она мне не подружка!
Это девушка, которая продает вещи с черного рынка, так я с ней и познакомился.
Один раз я пригласил ее в кино, в другой - сводил в ресторан, и это всe.
Клянусь, я не знаю ее адреса!
Я никогда не был у нее, и она никогда не была у меня.
Но она красивая девушка, и мне хотелось, чтобы все думали, что мы спим с ней.
Мадам Штайнер, в таком случае, вызовем полицию.
Да, полицию.
Наверное, я неясно выразилась: я не хочу, чтобы полиция была в театре.
Простите, пожалуйста, дамы, прошу вас, дайте пройти, станьте в очередь, спасибо, спасибо.
Можно купить билеты на сегодняшний вечер?
Нет, мадам, на сегодня билетов нет, сегодня премьера.
Здравствуйте, мадам Штайнер. Здравствуйте.
Станьте в очередь, так вы будете в укрытии.
Ты видела, смотри, это Марьон Штайнер.
Мне сказали отнести это в кабинет директрисы, но я не знаю, где он.
Это застекленная дверь на площадке.
Если это для мадам Штайнер, это уборная в конце коридора.
Нет, нет, оставьте это в кабинете.
Если Марьон хочет отдохнуть, я не хочу, чтобы ей мешали.
Я увидел свет, мне показалось, что я увидел бродягу, и я выстрелил.
Возьми чаевые, проведешь время, как взрослый.
Я слышу их, Марьон, я слышу их.
Ты слышишь?
Не понимаю, как тебе удается есть. Я бы не мог.
Да нет, вполне можешь.
Нет, нет, нет, уверяю тебя, я не могу.
Я могу думать только об одном: что будет, если сегодня вечером будет провал?
Поставим другую пьесу.
На какие деньги, скажи, на какие?
Ты видела счета?
Я дал себе труд посмотреть: если ''Исчезнувшая'' провалится, мы потеряем театр!
Это ужасно, не понимаю, как ты можешь оставаться спокойной!
Послушай, Люка.
Это ты выбрал пьесу, ты выбрал стиль постановки, мы следовали твоим указаниям.
Люди увидят сегодня твою работу, и если она не понравится...
Если она не понравится, не понравится... это будет моей ошибкой,
моей единственной ошибкой, моей очень большой ошибкой!
На, выпей немного.
Правда, не понимаю, как тебе удается. Я на ногах не держусь, у меня боли в желудке.
Ну что ты, успокойся. Подожди, возьми одеяло, согрей живот, садись.
Спасибо.
Ну вот.
Мне надо идти. Слушай внимательно, потом скажешь.
Да.
До скорого.
Ведь на самом деле это я должен бы тебя успокаивать.
Но меня не надо успокаивать, я весела, как воробей.
Господин Эрик не с вами, мадам?
Ему с утра не сиделось на месте. Я знаю, где он.
Он, наверное, пробрался к воротам, чтобы следить за дорогой.
Как господин Эрик ни умолял, доктор Сандерс не взял его с собою на вокзал.
Мой крестный делает всe как надо.
Думаю, он хотел побыть наедине с учителем, чтобы поговорить с ним о его новом ученике.
Конечно, если бы доктор Сандерс спросил мое мнение, я бы сказала,
что Эрику не нужен учитель.
Он еще слишком мал, и мне так приятно учить его тому немногому, чего я знаю.
Вы правы, мадам, но мне кажется, для господина Эрика дом слишком молчалив.
Знаете, моя мать рассказывала мне, что когда она работала в этом имении,
за ужином иногда собиралось до двадцати человек.
Да, да, нас 25 в Париже, мы приносим общественную пользу...
А в день моего рождения, когда доктор Сандерс сказал мне:
''С сегодняшнего дня ты будешь есть со взрослыми'', я не удержалась и расплакалась.
Добрый вечер.
Извините, тогда почему эта женщина входит?
Этот маленький мальчик играет в спектакле, я его мать, воттак!
Я вам больше не нужна, мадам?
Всe нормально? Знаешь, что говорил патрон:
''Театр, мой дорогой, похож на туалет и на кладбище:
когда надо туда идти, то надо идти!''
Скажите Эрику, чтобы он доделал урок перед тем, как идти знакомиться с учителем.
Елена!
Познакомьтесь, это господин Карл, новый учитель.
Да, извините, я должен был вас предупредить.
Действительно, сходство удивительное, просто удивительное.
Не вижу, о каком сходстве вы говорите.
Мне не говорили о студенте, мне говорили об опытном учителе.
Мадам, я могу вам показать рекомендации.
Я не сомневаюсь в ваших знаниях.
Я только хочу сказать, мне хотелось, чтобы у этого мальчика,
который видел только своего дядю и меня, был наставник, который...
В общем, не знаю, вы здесь, и поскольку мой крестный вам доверяет...
Эрик, поздоровайся со своим учителем.
Сохраняйте хладнокровие, Елена, решительно ваша память вам изменяет.
Вот письмо с рекомендацией кандидатуры господина Карла,
и позвольте вас уверить, что вы читали его месяц назад.
Какая сволочь твой Даксья.
Да, дядя, вы конечно же правы, я просто разволновалась.
Вероятно, сходством.
Не знаю, любое новое лицо меня волнует, мне нужно несколько дней,
чтобы привыкнуть. И, кажется, Эрик доволен.
Мама, я могу показать имение месье Карлу?
Да, да, иди, мой мальчик.
Послушайте, Грегори.
Елена, моя дорогая Елена, когда же ты наконец будешь мне доверять?
Разве ты не знаешь, что я тот, кто любит тебя больше всех? И есть еще кое-что.
Что еще?
Дело в том, что я не хочу тебя терять.
Скорее, Жермена!
Жермена!
У нас всего пять минут.
Стой здесь. Не поворачивайся.
Ну, как всe прошло? Вы довольны?
Не знаю. Нельзя ничего говорить, пока спектакль не окончится.
Давайте! Нажимайте на 12-ую. Воттак.
Медленно, медленно.
Медленно.
В чем дело? Сейчас одиннадцать десять.
Да, но антрактзатянулся на 5 минут дольше.
А нельзя войти? Мы не будем шуметь.
Я хочу сказать вам кое-что о докторе Сандерсе.
Нет, замолчите, вы не имеете права.
Я буду говорить, Елена, так надо.
У меня есть доказательства,
что доктор Сандерс вернулся сюда не на следующий день,
а накануне смерти Шарль-Анри.
С тех пор, как я вошел в этот дом, я слышу только ложь,
и каждая ложь противоречит другой.
Это не ложь, это черные дыры.
Уже много лет назад я первая начала докапываться до истины.
Неужели вы не понимаете, как ужасно не знать, кто ты, что произошло,
и, что хуже, жить в страхе, что это произойдет еще раз.
Иногда у меня ощущение, что я не живу по-настоящему.
Но когда я пришел к вам просто сказать: ''Елена, я люблю вас'',
почему вы отказались выслушать меня?
Я не имела права любить, вы понимаете это? Я не имела права ни любить, ни быть любимой.
А теперь?
А теперь я иду навстречу любви, Карл, и мне больно.
Что, любовь причиняет боль?
Да, любовь причиняет боль:
как огромные хищные птицы она летает над нами,
замирает и угрожает нам.
Но эта угроза может быть и обещанием счастья.
Ты прекрасна, Елена, так прекрасна, что смотреть на тебя - страдание.
Вчера вы говорили, что это радость.
Это радость и страдание.
Они наши!
Нет, извините, друзья мои, сожалею, но правда, Марьон без сил,
у нее трудная роль, вы сами видели, ей надо отдохнуть.
Да, проходи, всe было здорово.
Лучше пошлите ей записку, ей это доставит бесконечно больше удовольствия.
Добрый вечер, друг мой.
Я не знал, что вы здесь. Добрый вечер.
Мой муж со мной. Пошли.
Ну да. Да, да.
Ладно.
Сейчас?
Да, поставьте их здесь.
Всe прошло хорошо.
Ты довольна? Знаешь, ты отлично играла.
Спасибо, Марьон.
Видишь, Марьон, я была права, разорванное платье смотрится лучше, чем то, другое.
Познакомься - капитан Видекинд с женой.
Мой муж сожалеет, что не знает французского.
Ну что у тебя за вид. Да не грусти ты.
Я не грущу. За тебя. Всe хорошо.
Добрый вечер. Добрый вечер.
Добрый вечер. Ну как?
Я был растроган.
Так романтично.
Извините.
Так что, Рэймон, в конечном счете, всe прошло нормально?
Да, если не считать подлянки Даксья.
Что такое, Бернар, что вы делаете там один в углу?
Ничего. Я думал о спектакле и хотел сказать вам, что это, это...
что с вами просто потрясающе играть. Меня правда это потрясло.
Не знаю, как я играла, но вы играли замечательно.
Да, но через два-три дня будет еще лучше.
Бернар. Помогите мне. Видите вон того человека?
Которого? Того, кто там один? Да.
Я хочу, чтобы он ушел, я не хочу его видеть, пожалуйста.
Ладно, подождите.
Добрый вечер, месье. Добрый вечер, вы меня узнали?
Конечно, но я должен вам сказать, вы не можете здесь оставаться,
потому что это частная встреча, рабочая, в общем, рабочая встреча.
Да, но Марьон Штайнер меня ждет.
Нет, она никого не ждет, она устала. А, выход там.
Но я хочу хотя бы знать, получила ли она мои цветы.
А, ваши цветы? Да, поговорим о них.
Там было столько шипов, что у мадам Штайнер все руки были в крови!
Я вам точно говорю!
Так что на вашем месте я бы вернулся домой, как можно скорее.
Нет, нет, правда, до свидания.
Здравствуй.
Ты была на спектакле?
Это было великолепно.
Потрясающе.
Спасибо, большое спасибо.
Поздравляю, месье, вы играли блестяще.
Браво, Бернар! Всe было замечательно.
Да? Спасибо.
Кажется, ты кого-то ищешь, мой мальчик?
Нет, нет, я никого не ищу.
Вы наверняка довольны, Жермена.
Я прежде всего рада за Марьон.
Но, Люка, мы же победили. Я тебя не понимаю: ты ведь слышал зал? Мы победили.
Победили, победили...
В любом случае, еще далеко до совершенства, уверяю тебя.
Поверь, отсюда чувствуешь намного лучше, что не так.
Я набросал тут замечания, сейчас я их прочту.
Иди, сядь.
Так вот, прежде всего...
Нет, ты что, с ума сошел? Меня там ждут. Я не могу так долго здесь оставаться.
Я хочу, чтобы после этого ты вернулась.
После чего? Мы там все наверху. Люка, ты же знаешь, как это происходит.
Я не могу их бросить воттак.
Тогда приходи ко мне ночью.
Нет, это невозможно. Будь разумным.
Я приду к тебе завтра утром, до прихода остальных.
Хотя бы возьми мои замечания, изучи их.
Хорошо.
Куда я их положу?
Нет, оставь их при себе, посмотрим завтра вместе.
Поцелуй меня.
До завтра.
Здравствуйте, месье Лоран, дайте мне ''Лe пти паризьен'',
''Ожурдюи'', ''Ля жерб'', ''Комедья'' и ''Я везде''.
А теперь Даксья: ''Театр ''Монмартр'', поменявший директора,
но не поменявший свой характер,
выбрал для показа нам маловразумительную скандинавскую виньетку...''
Естественно, он опоздал на четверть часа.
Естественно!
''...желающей быть бесцветной и аполитичной,
в то время как настоящие проблемы сегодняшнего дня никак не рассматриваются.''
Я так и знал!
''Мадам Штайнер не захотела порывать с традицией объевреевшегося нигилизма,
который долгое время бесчестил сцену театра ''Монмартр'' до сорокового года.
Но, скажете вы, в ''Исчезнувшей'' нет ничего еврейского.
Конечно, но всe пропитано еврейством.
И все это вялая копия того, что Люка Штайнер нам слишком долго навязывал.''
Так-так.
''Что касается актеров, то Марьон Штайнер одаривает нас своим печальным видом,
который она выдает порциями и исключительно для себя, как ее учили этому в кино.
Так что возвращайтесь на экран, мадам Штайнер.''
Ты посмотри!
''Только молодой человек, подающий большие надежды, Бернар Гранже...''
Так-так!
''...перебежавший из ''Гран Гиньоля'', убедительно играет свой персонаж.
Родился великий актер.''
Всe-таки!
И тебе это смешно?
Нет, мне это не смешно, но другая критика хорошая. Жаловаться не на что.
А когда я вижу, сколько заказали билетов, я говорю себе, что спектакль спасен.
И это благодаря тебе, Марьон. И это понятно: ты больше не снимаешься в кино,
и люди вынуждены идти в театр, чтобы увидеть тебя.
''С традицией объевреевшегося нигилизма,
Видишь, тут есть подпись ''Даксья''. Всe равно, как если бы я получила анонимное письмо.
Ты права. Даксья и его друзьями движут те же мотивы, что и людьми,
пишущими анонимные письма.
До войны они ничего собой не представляли, а теперь правят страной,
но надолго ли? Смотри, я читаю книгу, где говорится о тебе.
Обо мне?
Да, да, смотри,
вот:
''Не удовлетворившись тем, что они монополизировали наши экраны
и театральные сцены, евреи отбирают у нас самых красивых женщин''.
Наших самых красивых женщин!
Здравствуйте, ваши клиенты сегодня очень веселые.
Это труппа театра ''Монмартр'' празднует свой успех.
У вас найдется удобный столик для нас?
Месье Гранже, с вами хотел бы поговорить директор театра Эберто.
Бернар Гранже, вы знакомы с мадмуазель Батай? Месье Даксья...
Дорогой Гранже, браво! Я хочу еще раз поздравить вас, вы великолепны!
Месье, то, что вы написали, это безобразие!
О чем вы?
Вы немедленно извинитесь перед мадам Штайнер.
Вы шутите, и речи быть не может!
Может, месье, а также перед другими актерами ''Исчезнувшей''!
Я не буду здесь драться.
Тогда будем драться на улице.
Вы совсем спятили!
Что это такое!
Это неслыханно!
Это просто гротескно!
Вы смешны, мой друг.
Вы смешны!
Месье, я прошу вас извиниться перед мадам Штайнер.
Бернар, Бернар!
Приносите свои извинения!
Мне не в чем извиняться, я делаю свое дело.
Бернар!
Прошу вас драться со мной, месье.
Месье, я не дерусь.
Месье, вы будете драться!
Вы теряете время, говорю вам, я не буду драться.
Вы будете драться!
Нет, я не боксер, месье! Я журналист!
Остановите его! Марьон!
Остановите его!
Отпустите меня! Отпустите меня, да отпустите же!
Я хочу позвонить! Где здесь телефон?
Вы безответственны, вы хам! Чего вы хотели добиться этой потасовкой?
Вы хоть секунду подумали о театре? А если пьесу запретят?
А если театр реквизируют?
Для вас главное только театр! Будет ли он полон завтра?
Каков список предварительных заказов?
Можно ли дать дополнительный спектакль на Рождество?
Так вот, не только театры сейчас полны, еще и тюрьмы!
Слушайте меня внимательно, мы теперь в одной упряжке,
мы будем продолжать играть вместе,
но вне спектакля я прошу вас больше никогда не заговаривать со мной!
Ты прекрасна, Елена, так прекрасна, что смотреть на тебя - страдание.
Вчера вы говорили, что это радость.
Это радость
и страдание.
Невероятно! Это идиотизм!
Видишь, Люка, пьеса зажила своей жизнью, тебе больше не надо давать инструкций,
но это не причина смотреть на меня так сурово.
Иногда мне кажется, что ты меня ненавидишь.
Да нет, я не безумен, чтобы тебя ненавидеть!
Вот именно, ты немного безумен.
Я ведь тебя хорошо знаю.
Я тоже тебя хорошо знаю. Знаешь, для меня ''Исчезнувшая'' - это уже прошлое.
У меня в голове другая идея,
''Волшебная гора''.
Там есть роль специально для тебя. Ты меня слушаешь?
Да, слушаю.
Так вот, эта женщина жестока...
Я, жестока?
Я говорю тебе о персонаже.
Так вот, да: она мягкая, нежная, она даже влюблена, но тем не менее она жестокая.
Она жестока помимо своей воли.
Жестока!
Это будет потрясающе, ты увидишь.
Ты не будешь говорить книжным языком, я дам тебе обычные слова.
Я буду пользоваться твоими же выражениями, понимаешь?
Да, главное, я понимаю, что с этого мгновения всe, что я скажу,
может быть использовано против меня.
Где найти месье Даксья?
Первый кабинет направо, месье.
Туда.
Не буду скрывать, что я колебался, придти ли, потому что с такими,
как вы, никогда не знаешь, это свидание или повестка.
Я вижу, что вы не сумели понять мою критику.
Так речь шла о критике?
У меня скорее сложилось впечатление, что это сведение счетов.
Даже если это было сведение счетов, это не было направлено против вас. Напротив...
Напротив? Да.
Извините. Уже четыре?
Да, да.
Извините.
Да, да.Здесь, над всеми колонками: ''Еще дальше!''
с восклицательным знаком, ясно?
Да,
когда я в тот вечер шел в театр, я ожидал увидеть спектакль в постановке Жан-Лу Коттэна.
Вместо этого я увидел разношерстный спектакль без стиля.
Короче, у меня было впечатление, что вы являетесь просто рупором,
и даже хуже того: рупором отсутствующего.
Если бы я был в хорошем настроении, я бы сказал вам:
''Я буду отвечать только в присутствии своего адвоката'', но я предпочитаю просто уйти.
Подождите, подождите. Я не сказал вам главного: у меня к вам предложение.
Каким бы оно ни было, мой ответ ''нет'' прямо сейчас.
Я хочу, чтобы вы помогли мне спасти театр ''Монмартр''.
Так вот, как вы знаете, перед бегством Люка Штайнер передал права на театр жене.
Так вот, у нас есть доказательства, что сделка не имеет юридической силы,
поскольку документ был помечен задним числом.
Такого рода операции имеют свое название: это ''фиктивная арийизация''.
Да, и это значит?
И это значит, что театр ''Монмартр'' юридически никому не принадлежит,
и немцы со дня на день могут его реквизировать,
если только...
Если только...
Если только руководство не перейдет к тому, кому они доверяют.
Так вот, Даксья не стал притворяться перед Жан-Лу,
он напрямую предложил ему разделить руководство театром.
Даксья выбирает пьесы, а Жан-Лу их ставит.
Я уверен, что Жан-Лу отказался.
Да нет, не отказался, он не мог.
Он могтолько просить время подумать.
Единственный способ бороться с Даксья - это обратиться к кому-то более вышестоящему,
в данном случае к доктору Дитриху,
но Жан-Лу не хочет переступать порога Отдела пропаганды.
У меня назначена встреча с доктором Дитрихом.
Второй этаж, спросите дежурного.
Подождите, мадам!
Вы поедете на лифте потом, мадам.
Я должна видеть доктора Дитриха.
Невозможно, мадам.
Но я вчера разговаривала с ним по телефону, он меня ждет.
Ваше имя? Марьон Штайнер.
Да, у вас назначена встреча на пять часов, но она невозможна.
Я могу подождать.
Сожалею, мадам, но ждать бесполезно. Доктор Дитрих уехал на Восточный фронт,
он должен присоединиться к своему полку.
Ничего не поделаешь.
Мадам Штайнер, я бы хотел поговорить с вами.
Мадам Штайнер, я вами очень восхищаюсь.
Позвольте представиться, лейтенант Берген. Вы хотели видеть доктора Дитриха?
Да.
Он не уехал на Восточный фронт.
Он пустил себе пулю в лоб этой ночью, в своем номере в отеле ''Рафаэль''.
Это очень печально. Доктор Дитрих вами очень восхищался.
И я тоже вами очень восхищаюсь.
Для меня честь пожать вашу руку, мадам Штайнер.
Нет,
нет!
Мне надо с вами поговорить.
Извините, мадам Штайнер, но мне обязательно надо с вами поговорить.
Так вот, я ухожу из театра!
Я бросаю свою роль, в общем, через месяц, чтобы вы ввели замену...
Конечно, конечно. Я должна была догадаться.
Нет. Нет, это совсем не то, что вы думаете,
совсем не то.
Я знаю, что вы сердиты на меня после этой истории с Даксья,
и я прекрасно понимаю вашу реакцию, прекрасно понимаю.
Но даже если вы больше со мной не заговорите и отводите взгляд,
мы играем каждый вечер в одном спектакле, и я могу вам сказать,
что мне всe больше и больше нравится пьеса и моя роль.
Так что в этом отношении всe в порядке, поверьте мне.
Вам не надо передо мной оправдываться, вы свободны.
Я даже не знаю, будем ли мы искать вам замену, поскольку театр, возможно, закроют.
Да вам, наверное,предложили контракт получше.
Да нет, вовсе нет, вовсе нет, ни у Эберто, ни в другом месте.
Нет, просто я временно покидаю театр...
ради Сопротивления.
Елена, пожалуйста, мне надо поговорить с господином Карлом, наедине.
Но речь идет об Эрике, я имею право знать, что вы скажете!
Конечно, конечно, Елена, речь идет об Эрике.
Мы пришли осмотреть подвал. Проведите нас.
Но послушайте, господин Карл, вы считаете это нормальным?
Я мать Эрика.
Честно говоря, доктор Сандерс, эта ситуация мне очень неприятна, вам не кажется, что мы...
Нет, пожалуйста, господин Карл. А теперь, Елена, прошу нас оставить одних.
Хорошо, раз я лишняя в этом доме.
Вот суть истории: это случилось 24-го октября.
Елена вышла в сад погулять, и вдруг она исчезла.
Они хотят осмотреть подвал.
Осмотреть подвал? Да.
Нет! Им нельзя осматривать подвал!
Через две недели она появилась, мертвенно- бледная, и не могла вспомнить, что она сделала.
Вы хотите сказать, она потеряла память?
В каком-то роде -да. Потом родился ребенок.
Надо посадить их в литерную ложу.
Вам не кажется, доктор Сандерс, что этот ребенок, как, впрочем, и его мать,
Идите за мной, но не шумите.
...должны иногда выходить из своего имения?
Вы тысячу раз правы, но Елена питает ко мне чувства,
которые могут показаться чрезмерными в глазах посторонних,
ее охватывают ко мне порывы, свойственные маленьким девочкам.
Не знаю почему, ее переполняет чувство благодарности ко мне.
Она часто бывает чрезмерно покорна.
Это правда. В чем она чувствует себя виноватой?
Никто никогда не узнает.
Но эта грязь, которую она чувствует в себе, увлекает ее на поиски людей ниже себя.
Бедный Шарль-Анри уже не понимал, что происходит, и в этом-то вся трагедия.
Кто здесь говорит о трагедии?
У меня есть доказательства, что доктор Сандерс вернулся сюда не на следующий день,
а накануне смерти Шарль-Анри.
Вы знаете этих двух людей?
Они из пассивной обороны.
Нет, нет, это люди из гестапо, я узнал одного из них.
Гестапо?
Да, да.
Если я попрошу вас помочь, вы это сделаете? Да.
Но только не задавайте мне вопросов. Да.
Да, любовь причиняет боль: как огромные хищные птицы она летает над нами,
замирает и угрожает нам. Но эта угроза может быть и обещанием счастья.
Ты прекрасна, Елена,
так прекрасна,
что смотреть на тебя - страдание.
Вчера вы говорили, что это радость.
Это радость и страдание.
Сегодня занавес не открывать, никаких выходов к публике.
Что происходит, Рэймон?
Ни занавеса, ни выхода. Нужно показать им подвал, это люди из пассивной обороны.
Люка, это Бернар Гранже. Бернар, это мой муж.
Что вы застыли, словно статуи, у вас всего пять минут, чтобы всe убрать и спрятаться.
Мы уже достаточно ждали, ведите нас в подвал.
Нет, нет, господа, мадам Штайнер хочет показать вам сама, подождите.
Извините, месье.
Я сам поговорю с мадам Штайнер.
Нет, прошу вас, она переодевается, что вы.
Что это значит?
Все могут ошибиться.
Мы были достаточно терпеливы.
Мы спокойно дождемся ее. Три минуты, господа, прошу у вас три минуты.
Ну вот!
Я очень давно здесь не бывал.
Предупреждаю, здесь может быть полно крыс. У вас есть ключи, мадам Штайнер?
Да, да.
Спасибо.
Пригните голову.
Вот.
Знаете, я в этом ничего не понимаю, но мне кажется, что здесь недостаточно глубоко,
чтобы устраивать из подвала убежище.
Между потолком и двориком над ним нет и двадцати сантиметров.
А это что такое?
Это ширма, которую использовали в ''Вишневом саду'' Чехова.
Сюда поместится человек 35-40, не больше.
В любом случае, из-за влажности подвал был признан нездоровым еще в 39-ом.
А в случае тревоги?
В случае тревоги мы имеем право прятаться в метро.
На станции Абесс, по этой причине она не закрывается на ночь.
Скажите, мадам Штайнер, нельзя ли сжечь эту лестницу, чтобы не было пожара.
Да, да, Рэймон.
В любом случае, сейчас столько тревог, что люди даже не хотят спускаться в убежище.
Всe в порядке, они ушли, до следующего раза.
Но оставаться здесь - это не жизнь.
Это жизнь, моя жизнь.
Разве нельзя найти убежище получше.
Но я не ищу убежища, я здесь у себя дома,
и никто меня отсюда не выгонит.
Скажите, красивая моя жена?
Я задал вам вопрос, Бернар: она влюблена в вас, а вы, вы любите ее?
А теперь я иду навстречу любви, Карл, и мне больно. Что, любовь причиняет боль?
Да, любовь причиняет боль: как огромные хищные птицы она летает над нами,
замирает и угрожает нам.
Но эта угроза может быть и обещанием счастья.
Ты прекрасна, Елена,
так прекрасна, что смотреть на тебя - страдание.
Вчера вы говорили, что это радость.
Это радость и страдание.
Бернар. Я могу вам кое-что сказать?
Если бы я не вошла в вашу уборную, вы бы ушли, не попрощавшись.
Вовсе нет,
я просто ждал, пока не кончится репетиция.
Ну вот, она окончена. Это было грустно.
Да, я немного посмотрел.
И как?
Хорошо. Маленький урок смирения: ты замечаешь, что заменим.
Что ж, до свидания, Бернар.
У меня сложилось впечатление, что вы приставали здесь ко всем женщинам,
кроме меня.
Во-первых, не ко всем.
А потом, я перед вами робел. Иногда вы смотрели на меня строго
и даже с некоторой суровостью.
С некоторой суровостью? Правда?
Да! Уверяю вас. Мне казалось, что меня судят.
Всe как раз наоборот.
Вы меня волновали, да, правда, вы меня волновали,
и поскольку мне казалось, что все прочтут это на моем лице,
я принимала суровый вид,
из-за чего вы и возненавидели меня.
Неправда, я никогда вас не ненавидел.
Но мне было непонятно, почему вы опять стали избегать меня после вашего поцелуя?
Все в театре целуются!
Но необязательно в губы!
Я вас поцеловала в губы?
Да, в вечер генеральной,
за занавесом!
Нет, наверняка нет!
Вы меня поцеловали в губы.
Вы же не хотите сказать, что во мне две женщины?
Именно это:
в вас две женщины.
Есть замужняя женщина, которая больше не любит своего мужа...
Ну нет!
Нет, даже не пытайтесь угадать, вы не сможете понять.
Не забудьте грим.
Нет, спасибо, ни к чему. Я оставлю его своему заменяющему.
Там, куда я иду, не гримируются.
Не гримируются, но ведь немного меняют внешность?
Извините. Извините.
Да, да.
Да.
Да, да, да.
После отъезда Бернара ''Исчезнувшая'' продолжает идти с Люсьеном Балларом в роли Карла.
Нет, замолчите, вы не имеете права!
Мама, господин Карл вернется?
Надин Марсак, идущая навстречу славе, каждый вечер исчезает после последней реплики.
За кулисами ее ждет шофер, который отвозит ее на студию ''Бийянкур'',
где она снимается в главной роли в ''Ангелах милосредия''.
Там она встречается с Арлетта Гийом, которая делает костюмы и декорации к фильму.
Шестого июня 44-го союзные войска высаживаются в Нормандии.
Повседневная жизнь парижан становится еще трудней,
и тем не менее их всe больше набивается в театральных залах.
Господин Эрик не с вами, мадам?
Однажды вечером, вместо того, чтобы бежать в убежище в метро,
зрители долгое время стоят на площади перед театром и смотрят
на балет английских самолетов в парижском небе.
Перебои с электричеством вынуждают многие театры закрываться.
Театру ''Монмартр'' удается играть до 9-го июля благодаря Рэймону.
Он придумал заменить сценические прожекторы десятком автомобильных фар.
Теперь поражение немцев не вызывает никаких сомнений.
После восьмисоттринадцати дней и восьмисоттринадцати ночей,
проведенных в подвале своего театра, Люка больше не хочет ждать,
чтобы увидеть дневной свет.
Это один из тех странных дней, когда перестреливались на крышах,
не зная точно, кто в кого стреляет...
Всe в порядке?
Нет, не туда, не туда!
Для Жан-Лу Коттэна начинаются трудные дни.
Его вытаскивают из постели молодые участники Сопротивления и отводят в комиссариат,
откуда его освобождают в тот же вечер благодаря его связям,
но на следующее утро его опять арестовывают из-за его связей!
Зато Даксья спасается только благодаря бегству.
Журналист из ''Я повсюду'' стал человеком ниоткуда.
Он потерял глаз во время бомбежки Гамбурга.
Какое-то время он следовал за маршалом Петеном до Сигмарингена,
затем, из монастыря в монастырь, он доберется до Испании.
Заочно приговоренный к смерти, он умрет от рака горла в 60-ых годах.
Но, в конце лета 44-го года, война еще не окончена, а наша история ждет своего эпилога.
Я пыталась забыть вас, я не смогла.
Если бы не ваша гордость, ваша глупая гордость, я бы уже давно была рядом с вами.
И, чтобы придти, вы каждый раз придумывали бы новую ложь?
Лгать? Зачем лгать? Кому лгать? Ведь он умер...
И тогда, естественно, вы спрятались за работой.
А вот и нет! Я неожиданно обнаружила, что меня это больше не интересует,
я всe бросила.
Послушайте. Я хочу только одного: быть рядом с вами, увезти вас из этого места.
Я уверена, что вместе мы можем начать всe с начала.
Нет,
мы ничего не начнем с начала, потому что нечего начинать.
Между нами никогда не было ничего настоящего.
Я играл с мыслью, что люблю вас, но я не любил вас. Вы меня понимаете?
Всe всегда было неясно.
Конечно, у вас были основания в это верить, потому что я сам в это верил.
Но я не переставала думать о вас, ни на один день.
Я тоже думал о вас, но всe менее и менее часто, а теперь я даже не понимаю,
что вы здесь делаете.
Я забыл вашу фамилию, я забыл ваше имя,
и я чувствую, что черты вашего лица скоро станут совсем расплывчатыми.
Уходите! Уходите!
Послушайте меня!
Нужны двое, чтобы любить, нужны двое, чтобы ненавидеть.
И я буду любить вас вопреки вам...
Мысль о вас заставляет мое сердце биться быстрее,
и это единственное, что имеет для меня значение.
Прощайте.
Это же Штайнер! Смотрите!
Ну да, это он!
Да, он вернулся!
Она права, это Люка Штайнер!
Штайнер!